Франкские историки

Наконец в 1789 г. угнетенные потомки римлян восстали, свергая не социальное, а национальное угнетение. Полностью лишить франков власти им не удалось, поэтому той эпохой И. Романидис датирует начало ассимиляции двух национальных элементов сначала во Франции, а затем и в некоторых других европейских странах. К этому времени римское население Европы еще сохранило свою римскость, но перестало ее осознавать. Так что задача историка — написать новую, римскоромейскую историю Европы, которая положит конец «фальсификациям» франкских историков.

Здесь мы наконец подходим к главной цели, которую преследует вся историкофилософская концепция И. Романидиса. Эта цель состоит в том, чтобы заложить идейную основу конструирования новой формы самосознания греков. Подобное отношение к истории как к инструменту формирования национального самосознания для разработчиков греческой «Великой идеи» не ново: 100 лет назад аналогичную точку зрения открыто высказывал и обосновывал П. Яннопулос, предлагавший современным грекам вновь стать эллинами, т. е. уподобиться древним грекам.

И. Романидис и Г. Металинос ратуют за другую форму самосознания греков, которую они представляют как реанимацию старого ромейского (а не эллинского) сознания, но это не совсем так. Прежде всего потому, что средневековые ромеи национальным самосознанием в современном смысле этого слова не обладали, а авторы ромейской теории им, безусловно, обладают и волейневолей архаизируют свои представления о нации, приписывая их византийцам. Помимо национального самосознания основатели ромейской теории наделяют средневековую ромейскую общность еще рядом черт.